Особое место в скульптуре XI века занимают небольшие по размеру (не более 45 см) женские статуи стиля Бапхуон, выполненные в бронзе, иногда с серебряными или золотыми вкраплениями. Эти великолепно сбалансированные статуи, украшавшие королевские покои, получили название «Коленопреклоненные».Встреча с целой группой подобных статуй неожиданно раскрывает не традиционные особенности кхмерской скульптуры. При этом как в рельефе и мелкой пластике, так и в круглой скульптуре, произведения стиля Бапхуон проникнуты строгим единством. Рельефы храмов, украшали ли они стены или наддверные плиты, иллюстрировали ли вишнуистские мифы или составляли геральдические композиции с изображениями различных животных, всегда выполнялись в одном образном ключе, где естественно сочетались лаконизм трактовки и многообразие форм. Повествовательность сюжетов необычайно поэтична. И в первую очередь это относится к рельефам Бапхуона. Эпизод за эпизодом раскрывает перед зрителем легенду о детских подвигах Кришны; на верхней части фриза хорошо видны фигуры коленопреклоненных Рамы и Лакшманы, благодарящих птицу-освободительницу, спасшую им жизнь. Простота и ясность форм этих композиций поразительны. Несколько персонажей, одно- два дерева или животное вводят нас в мир поэтических легенд.

Женское божество «Коленопреклоненная». Середина XI в.

Женское божество «Коленопреклоненная». Середина XI в.

Вместе с тем сюжеты вставных панно, обрамляющих стену верхнего этажа Бапхуона, необычайно разнообразны. Динамика рождается уже от постоянной смены впечатлений. Вот мчится на колеснице злой Равана; Рама и Лакшмана, сжатые кольцами змей, лежат среди отчаявшихся в благополучном исходе битвы обезьян, на помощь им стремглав несется Гаруда. Среди этих сцен, ярко иллюстрирующих легенды, появляются и такие, которые создают у зрителя сильное чувство сопереживания. Изгнанная Сита скорбит под деревом, ее рука поддерживает тяжело склоненную голову. Естественность и многозначность ее жеста вызывают ответную жалость.

Следуя традициям стиля Бантеай Срей, скульпторы, украшавшие храм Бапхуон, проявили себя отличными анималистами. На барельефах и вставных панно неожиданно возникает настоящий бестиарий. Независимо от того, изображаются ли священные животные или же птицы и звери, наделенные символическим смыслом, наконец, просто животные, дополняющие и оживляющие эпические сцены, они даны в естественной простоте. На стенах Бапхуона бычки скачут, птицы летают, белка взбирается на ветку, испуганный кролик съежился между ногами вздыбившейся лошади...

Круглой скульптуре середины и конца XI века, дошедшей до нас в незначительном количестве, присущи те же черты естественности и высокой идеализации. Лучшими примерами могут служить две мужские фигуры удлиненных пропорций — одна из Ват Кхнат (Париж, музей Гиме), другая из Прасат Ролом близ Баттамбанга (находилась в музее Ват По Веал). Эти статуи, монументальные, несмотря на то, что они немного ниже человеческого роста, покоряют тонкостью обработки песчаника, красотой чеканных линий, передающих складки одежды, стройностью фигур. В отличие от развитых тел богов и героев, знакомых нам по другим стилям, обе мужские статуи в стиле Бапхуон полны обаяния неоформившихся, чуть угловатых юношеских тел.

В XI веке вновь появляются статуи, посвященные будде. «Голова Будды» из Та Прохма (Париж, музей Гиме), выполненная в темном песчанике, сохраняет общие черты стиля, но ясно выраженная индивидуальность облика убеждает в том, что образ буллы не что иное, как портрет реального лица. Мягкий овал, тонко очерченные губы роднят его с большинством статуй и рельефов Бапхуона, но пристальный взгляд слегка опущенных удлиненных глаз, создающий ощущение внутренней сосредоточенности, заставляет увидеть в этой голове нечто свое, неповторимое.

Возникший в стиле Бапхуон образ размышляющего Будды, восседающего на наге Мусилинде, в дальнейшем приобретет широкое распространение, станет очень близким народному восприятию. Просветленность и высокое состояние духа, которыми кхмерские скульпторы наделяли образы будды, их отрешенная безмятежность и обособленность от временного жизненного процесса стали ведущими чертами в создании статуй сидящего Будды конца XI века. Но при том, что все эти статуи передают одно и то же состояние — самопогруженность и внутреннюю сосредоточенность, лучшие из них неизменно наделены глубоко личностным переживанием.

Найденная в Пеам Чеанге статуя «Размышляющего Будды» (вторая половина XI века) великолепно сохранилась. Изысканно красивое произведение легко вписывается в стилистические приемы Бапхуона. Лицо индивидуально, очень тонкий изящно очерченный прямой нос и легко намеченные миндалевидные глаза несколько необычны для кхмерской иконографии, но подбородок с ямочкой (здесь необычайно уместный) продолжает наметившуюся традицию. В фигуре не чувствуется никакого напряжения, руки свободно опущены. Полоса вокруг шеи и четко проведенная «линия середины», проходящая длинной бороздой от шеи до пупка, дают возможность предположить, что таким образом мастер обозначил одежду Будды. Как бы огораживая будду от земной юдоли, от всего суетного и преходящего, чешуйчатая змея — нага распростерла над ним свой капюшон из семи голов, которые живописно перерастают в вытянутые собачьи морды.

Изображений женских божеств в круглой скульптуре стиля Бапхуон дошло до нас крайне мало. Большинство из них лишь варианты женской статуи из Бантеай Клея (стиль Клеанг), совершенство которой до конца века служило образцом для подражания. И только единичные скульптурные изображения, такие как женская статуя из Прасат Трапеанг Тотунг Тхная (о чем уже говорилось ранее), отходят от сложившегося идеала, поражая зрителя новым трепетным отношением к образу божества.

Автор: Н.И. Рыбакова

Предыдущая статья здесь, начало цикла статей о расцвете кхмерской архитектуры здесь. О храмовом комплексе Ангкор-Ват читайте здесь.

Google Analytics

Яндекс. Метрика

Рамблер / Топ-100