В «Ригведе» воспеваются еще несколько божеств воздушной сферы, чьи имена восходят к индоиранским или индоевропейским истокам, но которые вскоре теряют свое значение, поглощенные образом Индры. Кроме упоминавшегося Ваю (Ваты), непосредственного воплощения ветра, сюда относятся: Парджанья, бог грозы; Трита, божество неясной природы, носящее эпитет Аптья («Водяной»), предположительно связанное с молнией; сходный с ним по природе Апам Напат («Сын Вод») — отнесение обоих к воздушной сфере условно. Так же условно относят к этой сфере Матаришвана, принесшего огонь с небес на землю и (позднее) правившего ветрами.

Особняком в ведийском пантеоне стоит образ Рудры, которого традиционно относят к этой же сфере. В «Ригведе» он не занимает существенного места, но его значение (как это происходит и с Вишну) сильно возрастает уже в поздневедийский период и продолжает возрастать в дальнейшем, когда он больше известен под именем Шива («Милостивый», толкуется как эвфемистический эпитет грозного бога, хотя, возможно, изначально это имя дравидского происхождения с тем же значением, что и арийское Рудра — «Красный»). Гимны, обращенные к Рудре в «Ригведе», обычно выражают страх перед его гневом и направлены на его умилостивление. Он связан больше с разрушительными силами стихии, он наносит с неба удары, под его стрелами могут пониматься молнии, но преимущественно Рудра насылает болезни на людей и порчу на скот; красный цвет, с которым он ассоциируется, в индийской символике знаменует опасность и смерть. Но он же славится как величайший из целителей, и его молят об исцелении людей и скота, о предотвращении несчастий. С ним связывается понятие плодотворящей жизненной силы; изначально этот образ имеет двойственный характер, грозный и милостивый, приносящий смерть и порождающий жизнь, — таким он и переходит потом в послеведийскую мифологию. Позднее, даже больше чем в ведах, в нем обнаруживаются чрезвычайно архаические черты, восходящие, как полагают, к верованиям автохтонного населения Индии, и прототип его находят в изображениях на печатях Хараппы («прото-Шива»); очевидно, что к ведийской религии он был приобщен не сразу и некоторое время оставался на ее периферии.

Рудру называют отцом Марутов, хотя вождем их выступает другой бог, Индра. Иногда имя Рудры употребляется в текстах во множественном числе, и тогда оно обозначает сопровождающее бога зловещее воинство демонических существ, которые, повинуясь его воле, нападают на людей и скот, неся болезни и смерть. В поздних ведах упоминается сестра Рудры — Амбика, отождествляемая с Осенью, временем урожая, но одновременно и периодом наибольшей смертности среди людей и скота. Осенью, после большого жертвоприношения предкам, приносятся жертвы Рудре; он завершает год ритуального календаря (как Ушас его начинает).

Из божеств земной сферы самое значительное — Агни, бог, носящий имя Огня; он занимает в пантеоне «Ригведы» второе место по числу посвященных ему гимноо; с гимна Агни начинается «Ригведа» и'почти каждая из десяти книг (мандола, букв, «цикл»), составляющих этот памятник. В отличие от Индры образ Агни слабо антропоморфизован, и гимны обращены большей частью не столько к богу Агни, сколько к священному жертвенному огню. Агни выступает в пантеоне как божественный жрец, его главная функция — вознесение жертвы к богам; посвященные ему гимны сосредоточены на ритуале. Агни играет роль посредника между богами и людьми, приносящими им жертвы; к главным его эпитетам принадлежат: Хуташана («Пожиратель жертвы») и Вайшванара («Принадлежащий всем людям»). Он же освящает культ домашнего очага и поэтому именуется «Хозяином дома». С древнейших времен культ огня в Индии связан и со свадебными обрядами; невесту обводят вокруг ритуального огня, к Агни обращают молитвы о грядущем благополучии этой женщины и ее детей; при рождении детей и других семейных событиях так же читаются молитвы Агни. Агни связан и с похоронными обрядами в связи с преобладавшим у ариев обычаем кремации; он же защищает от демонов и злых сил.

Ритуальным содержанием насыщены гимны, посвященные и другому значительному божеству земной сферы, занимающему в «Ригведе» третье место после Индры и Агни; это — Сома, олицетворение ритуального напитка наркотического действия и растения, из которого он изготовлялся; гимны Соме выделены в «Ригведе» в особую — IX — книгу. В основном они сосредоточены на торжественном и гиперболизированном описании изготовления напитка (при котором они и исполнялись), когда сок растения выжимали камнями и разливали через шерстяной фильтр в деревянные чаны; в них напиток, разбавленный водой и смешанный с молоком, предлагался богам. Образ Сомы, как и Агни, почти не получает в этих гимнах антропоморфного воплощения, растворяясь в своей природной основе.

Культ сомы, как и культ огня, занимает центральное место во всей системе ведийского ритуала, и оба восходят к индоиранскому периоду (в древнеиранском культе и пантеоне сома имеет точное соответствие — хаома, растение, напиток и олицетворяющее их божество). В ведах Агни и Сома нередко упоминаются вместе и образуют одну из божественных пар, подобных указанным выше, причем их имена так же сливаются в одном сложном слове, подчеркивая их неразрывную связь в ритуале.

Сома именуется также властелином растений. Принадлежа к земной сфере, он обретается и на небе; соме, как и огню, приписывается небесное происхожде-ние, его принес с небес на землю орел Индры. В гимнах говорится иногда о «небесном» Соме; и уже в ведах он иногда идентифицируется с луной (считается, что луна — хранилище сомы или состоит из сомы). Окончательно Сома антропоморфизуется и становится богом луны в послеведийском пантеоне, но уже в упоминавшемся свадебном гимне «Ригведы», где Сома фигурирует как жених девы Сурьи, есть указание на то, что одновременно с воплощением священного напитка под ним подразумевается луна.

 

Автор: В.Г. Эрман

 

Предыдущая статья здесь. Продолжение здесь.

Google Analytics

Яндекс. Метрика

Рамблер / Топ-100