Нашествие тямов, сожжение кхмерской столицы и жестокая борьба за престол — эти трагические события разыгрались в 70-е годы XII века непосредственно перед приходом к власти Джайявармана VII и с очевидностью показали необходимость проведения в стране общегосударственных реформ. Длительное правление этого короля (1181 — 1218) открыло новый период в жизни кхмерского общества, характеризующийся принципиальными изменениями в сфере идеологии.

В первую очередь нововведением было то, что буддизм стал господствующей религией, всеобъемлющей религиозной системой. Буддизм махаяны с его культом бодхисаттв легко мог сочетаться, и действительно сочетался с находившимся тогда в расцвете культом бога-короля. Культ милосердного сострадательного бодхисаттвы Авалокитешвары (или Локешвары), заменивший при Джайявармане VII культ Вишну по своим социальным функциям был тем же культом бога-короля, и даже в большей степени, так как теперь изображениям Локешвары придавались портретные черты Джайявармана VII.

Необходимость укрепления новой государственной религии вызвала к жизни небывалую строительную активность. С первых дней своего правления, стремясь закрепить власть, Джайяварман VII начинает перестраивать столицу. И этот новый, возникший из пепла город представляет прекрасный пример урбанистического искусства кхмеров. Ангкор Тхом — так назывался город Джайявармана VII с центральным храмом Байон — отстраивался до конца правления этого короля. Но прежде чем начать с ним знакомство, обратимся к постройкам, законченным несколько раньше, в которых уже проявили себя черты нового стиля.

Переход от индуизма к буддизму как официальной религии двора не повлек за собой глубоких преобразований в осмыслении плана храма и организации околохрамового пространства. В первые годы правления Джайявармана VII еще достраиваются и украшаются Бантеай Самре и Бенг Меалеа, а четкий план ансамбля Бенг Меалеа еще какоето время будет преобладать в буддийских храмах. Затем в них произойдет как бы слияние двух концепций: концепции «плоского», или равнинного храма и концепции храма-горы. Однако возвеличение храма-горы разовьется уже на совсем иных основах.

Осознание тождества, которое постепенно устанавливается в кхмерском зодчестве между ступенями пирамиды, ведущими к высоко поднятому святилищу и концентрическими оградами на плоскости, охватывающими храм, привело к тому, что в своем символическом значении ограда равнинного храма не просто соответствует, а становится эквивалентом ярусам храма-горы, точнее двухмерным выражением мандалы. Подъем-восхождение на гору Меру как бы домысливается, и одной концентрической структуры достаточно, чтобы отразить космологическое устройство мира. Больше того, именно при строительстве равнинных храмов акцент переносится с центра вселенной, то есть образа космической горы, на конструктивное усиление значения горных цепей, которые окружают вселенную и ее защищают. Ибо именно во время торжествующего правления Джайявармана VII кхмерский народ более, чем когда-либо, осознает себя под постоянной угрозой со стороны воинствующих соседей. В архитектуре очень четко отразилось это чувство извечной опасности, для чего среди всех ранее найденных элементов композиционного построения храмового пространства был избран наиважнейший — именно стена, нерушимая ограда.

Автор: Н.И. Рыбакова

Предыдущая статья здесь, продолжение здесь.

Карта путешествий

Google Analytics

Яндекс. Метрика

Рамблер / Топ-100