Южное крыло восточной галереи занимает рельеф на распространенный в индуистской мифологии сюжет «Битва дэвов и асуров за молоко бессмертия» или «Пахтание Океана». В центре панно, длиной почти в пятьдесят метров, на огромной черепахе восседает бог Вишну. По одну сторону даны изображения добрых духов — дэвов, по другую злых — асуров, тянущих огромную змею Васуки. Движение, вызванное перетягиванием змеи в разные стороны, производит переполох среди морских животных. В течение более тысячи лет, рассказывает легенда, происходило это состязание: от энергии, вызванной постоянным движением, родились различные животные, затем прекрасные девушки, божественные танцовщицы апсары и, наконец, богиня красоты и счастья Лакшми.

Ангкор-Ват. Рельеф галереи первого этажа. «Пахтание Океана»

С исключительным мастерством построена сложная композиция, великолепны ритмические повторы, которые позволяют в одной сцене соединить различные движения (дэвы и асуры разрывают композицию в центре, но их слаженные, необычайно четко повторяющиеся движения в свою очередь сдерживают еще большие прорывы, образованные хаотическим движением рыб и морских чудовищ). При всей условности сцены, при строгой каноничности самой легенды, в рельефе даны живые, точно наблюденные черты: дэвы, перетягивая змею, напрягли колени и выступают немного вперед, в то время как асуры (потерпевшие в конечном счете поражение), все еще сопротивляясь, тщетно тянут назад. Этот рельеф наиболее полно передает особенности образного мышления средневекового человека. Органически сливается в нем наивная вера в реальность изображенной сцены с глубоким философским подтекстом (движение приводит к возникновению жизни — основной постулат индуистской философии).

Особая слитность рельефов с телом храма была неразрывна с ритуальными действиями, которые в нем происходили, соединяя как бы две стихии: жизни и искусства. Порождение фантазии, мифологический вымысел принимаются за подлинные, но гармонично организованные реальности внешнего мира, снимающие извечное противоречие между идеалом, сложившимся в сознании средневекового кхмера, и жизнью, в которой он повседневно участвовал (вспомним рельефы, изображающие батальные сцены). Жизнь мифа, таким образом, превращалась в его зримое воплощение на стенах храма, а мифологизированное пространственно-временное представление о мироздании диктовало направление движения вдоль галереи. Такое «конкретное» восприятие мифа ведет свое начало от нерасчлененного сознания, где миф — это часть ритуала, а ритуал — часть мифа, и именно такое понимание, точнее — ощущение мифа приводило к мифологическому

пониманию времени и мифологическому осознанию пространства, что и проявлялось в органической целостности, неразрывной слитности ритуального действа, скульптуры и архитектуры.

Культово-церемониальные шествия, совершающиеся вокруг храма, диктовали, в свою очередь, развитие художественно-образного воплощения мифа.

Автор: Н.И. Рыбакова

Предыдущая статья здесь, продолжение здесь.

Карта путешествий

Google Analytics

Яндекс. Метрика

Рамблер / Топ-100